– Красиво, – шепчу я.

И замолкаю выжидательно. Раньше я таких не встречал. Что скажет отец?

Ведь тут, в Зоне, красота – штука ненадёжная. Вон, алый цветок – самая красивая вещь внутри периметра. Но любоваться лучше издалека. А ещё лучше – из безопасного укрытия…

Отец молча подходит ближе. Аккуратно проводит рукой в перчатке над и под стекловидными шариками. Те остаются неподвижными. Тогда он осторожно берёт их, один за другим – словно срывая плоды с невидимой ветки, и кладет в болтающуюся на плече сумку.

Луч фонаря уходит дальше под стеллаж. Озаряет «паутину» – ту же, что и за шкафом!

И что-то блестит в её глубине. Не так ярко, невзрачно. Камешек, похожий на осколок бутылочного стекла…

Отец достаёт из кармана куртки детектор – плоскую коробочку с маленьким экраном. Направляет её в угол.

Какие-то цифры вспыхивают на экране. Высвечивается диаграмма распределения спинорного поля – недавно мне пришлось выслушать об этом целую лекцию. Только я всё равно мало что запомнил.

– Интересный объект, да, пап?

Он не отвечает. Глядит по сторонам. Поднимает закрытую канистру, встряхивает – на дне что-то хлюпает.

Хм-м… Можно взять с собой и по дороге ещё где-нибудь слить остатки. Только тяжело тащить…

Пока я вспоминаю цены на бензин в Колядинске, отец открывает канистру и вдруг выплескивает остатки содержимого на паутину. Чиркает спичкой и кидает её в угол!

Вспыхивает пламя. Белые нити шипят и съёживаются. А я с изумлением смотрю, как отец тянет руку – прямо в огонь, прямо в ещё живую паутину! И выхватывает оттуда невзрачный камешек.

Держит его на ладони. Улыбается, разглядывая.

А я угрюмо молчу. Да, сам недавно сделал глупость. Но хотя бы понятно ради чего…

А отец… Тоже мне, воспитатель!

Что проку в куске бутылочного стекла?!

– Это можно продать? – выдавливаю сквозь зубы.

– Продать? – смеётся отец.