Я сейчас иногда смотрю по телевизору профессиональный бокс, и часто на боях представление боксеров проводит какой-то знаменитый их спецведущий… Баффер, кажется… Он точно так же в микрофон орет, как капитан Петров. Но этот Баффер свою манеру представления запатентовал, и если кто-то желает повторить ее, обязан патент купить. Говорят, покупают… Петрову, дураку, тоже следовало запатентовать свой рык… Тогда он мог бы и с Баффера денежки содрать… И с других офицеров… У нас среди офицеров дурь популярностью пользуется…

Звание младшего сержанта мне дали после окончания учебки. Полгода натаскивали. Но когда после учебки в часть приходишь, даже младшим сержантом, все равно «молодым» остаешься, поскольку службы, как считалось, пока не нюхал… И приходится нюхать… И от «стариков», и от «дедов», и от офицеров…

Не так страшен черт, как его малюют, конечно… Перед армией невесть чем пугали, а здесь было терпимо… Для большинства. И я, впрочем, терпел, хотя мне было легче, чем другим… Наши «старики» и «деды» моего взгляда не выдерживали. Я уже тогда знал, что, если долго кому-то в глаза смотрю, чуть голову опустив так, чтобы под зрачком полоска глазного белка была видна, мой взгляд мало кто выдержать может. Люди его пугаются и глаза старательно отводят… Я именно так на «стариков» и на «дедов» смотрел. Меня почему-то уважать стали. Хотя не баловали… Но тогда я еще не был злым… Добрым я никогда не был, но и злым не был тоже…

А командир роты меня всегда злил своей манерой мою фамилию произносить. Это потом мы сдружились, а сначала я его невзлюбил… Капитана, помнится, я тоже пытался взглядом «придавить», но он своими «пуговицами» в глаза никому и никогда долго не смотрел. Он руками, как баба, всплеснет, отдаст приказание и уже бежит куда-то еще, уже забыв о том, что тебе приказал…

Но на зов командира, раздавшийся из ротной канцелярии, откликаться положено сразу, тем более здесь, на войне, хотя мы тогда еще не знали, что это многолетняя война, и нам даже обещали, что, как только новый, 1995 год встретим, после этого вскоре назад отправимся… Правда, от нас до настоящей войны тоже не близко было… Мы в Моздоке стояли… Вернее, еще устраивались, потому что бригаду спецназа ввели в Моздок только в первых числах декабря…