– А вот здесь могу порадовать тебя, брат, – снова вмешался в монолог Григория кардинал Гоффредо. – Этот же гонец доставил еще одну, на сей раз хорошую весть. В дела Святого престола вмешалось провидение Господне. Патриарх Иерусалимский, Геральд де Лозанн, сообщает, что два пилигрима, рыцарь и виллан, находившиеся на том же самом корабле, на котором плыл брат Базил, стали случайными свидетелями его убийства. Непостижимым образом им удалось стать обладателями тайного знака, необходимого для встречи с монгольским посланцем.

– И кто же эти пилигримы? – Папа приподнял редкую белесую бровь и устремил на кардинала колючий, пронизывающий взгляд.

– Арденнский рыцарь, Робер де Мерлан, вассал графов Ретельских, а вместе с ним и бургундский вольный виллан по имени Жак из селения Монтелье, – справляясь с пергаментом, который он до этого держал за спиной, ответил Гоффредо. – Они, как пилигримы, направлялись в Акру. Рыцарь принял крест по настоянию архиепископа Реймса, который защитил сеньорию Мерлан от посягательств тамплиеров. А виллан дал крестоносный обет, спасаясь от преследования графов Колиньи-ле-Неф, против которых он поднял бунт, когда те потребовали от его молодой жены исполнения права первой ночи. Как выяснилось, целый год судьба восточного христианства находилась у них в руках. Прибыв в святую землю, они, не ведая, какой ценностью обладают, попали в самый настоящий переплет. Вначале стали врагами агентов императора, затем восстановили против себя барона Жана Бейрутского, после чего едва не были казнены по ложному доносу, но…

– Меня не волнует судьба каких-то там мирян, – Григорий вновь бесцеремонно оборвал кардинала. – Главное, что они выполнили свое предназначение. Так, значит, связь с посланцем Чингисхана установлена?

– Совершенно верно, – ответил Гоффредо, – им оказался небезызвестный мастер Григ, глава гильдии киликийских каменщиков. Далее патриарх пишет, что, в точности исполняя ваше распоряжение, немедленно отправил на Восток тайное посольство.