Входная дверь отворилась и на пороге появилась не большого росточка дородная женщина.

— Здравствуйте, бабушка Ария. Я жена старосты, Анна. Послал меня к вам, говорит, поди разберись, что там да как, люди совсем без ничего прибыли. Так с чего начнем?

По доброму Арию встретили только падре, староста, да его жена. Остальные косились недоверчиво и даже с долей опаски. Соседи и вовсе боялись смотреть в ее сторону. Освоившаяся было внучка, попыталась завести знакомство с местной ребятней, да была бита и прогнана восвояси. Потом долго плакала на груди старухи никак не понимая, почему к ней так-то. Нет, она знала, что жить на особицу их лекарская судьба, девочка была сообразительной не по годам, но вот только она была ребенком и все принимала с детской непосредственностью. Раз уж пустили их жить в село, то и в остальном должно быть иначе. Ан нет. Все было, как было.

Погоревав на пару с бабушкой, та тоже прослезилась горю внучки, стали жить как и прежде, вместе уходить в лес, собирать травы да коренья, которые в скором времени могли понадобиться. Старуха была лекаркой, тем и жила, по иному пропитание добывать не умела, а раз так, то нужно быть готовой, чтобы какую помощь оказать, да и внучку учить нужно продолжать, не станет старухи, та сама должна будет о себе позаботиться, а чему Ария могла еще научить кровинушку, как не своему ремеслу.

На следующий день к ней заглянул местный кузнец, его прислал староста, так как жена донесла, что той нужен какой-то инструмент, топоры да вилы, это хорошо, да только у лекарки были и иные пожелания. Опасливо сторонясь старухи, кузнец внимательно выслушал, что той требуется, а затем пригласил ее в кузню. Два дня она пробыла в кузнице, подле кузнеца на пальцах объясняя как переделать то или иное, что по ее заказу он делал. Но сладили.

Так в заботах шли дни, и миновало воскресенье, а на следующий день к ней пришел падре Иоанн.