Внезапный шорох оторвал его от раздумий. Подняв взгляд, Хаген краем глаза заметил мимолетное движение у кромки леса. Он вскочил на ноги, схватил шлем и бросился вперед, прямо в густую чащу. Тоненькие ветки, будто узловатые коричневые пальцы, вцепились в лицо и плащ, будто дух этого леса всеми силами сопротивлялся нежеланному вторжению. Впереди Хагена бежал человек, то и дело среди деревьев мелькала темная накидка и длинные черные волосы. Хаген споткнулся, рукой схватился за ствол дерева и тут же стиснул зубы от резкой боли. Чем дальше он углублялся в лес, тем труднее было бежать: дождь превратил землю в сплошное месиво, ноги увязали в чавкающей грязи.

Но беглец испытывал такие же трудности. Хаген отчаянно рванулся вперед, срезая путь убегавшему, и бросился ему под ноги. Оба упали. Беглец тут же приподнялся, пытаясь улизнуть на четвереньках, и голой пяткой ударил Хагена, целясь в лицо, но попал по шлему, распоров себе ступню. Хаген, умудрившись схватить его за волосы, рванул противника к себе. Тот пронзительно вскрикнул, снова падая, и на этот раз неподвижно замер на земле, прикрыв голову руками. Вскочив на ноги, Тронье приставил острие меча к его спине.

— Вставай, — приказал он. — Но медленно!

Пленник нерешительно поднялся на колени, затем выпрямился во весь рост.

Хаген ошарашенно опустил оружие. Перед ним стояла женщина, вернее, девочка лет четырнадцати — пятнадцати, худенькая, невысокого роста. Надето на ней было мешковатое рубище, перехваченное в талии пояском. Длинные волосы не знали воды, судя по всему, уже полгода. Лицо покрывала сплошная маска грязи, из-под которой на Тронье испуганно таращились огромные темные глаза. Босые ноги девочки тоже были неимоверно грязны, а над левой бровью сочилась кровью свежая царапина — падая, она наткнулась на сучок. Пораненная ступня тоже кровоточила, от сильной боли малышка переминалась с ноги на ногу.