— Осторожно, — попросил следователь и, взяв за концы трубу, внимательно осмотрел ее и извлек из отверстия несколько небольших свертков. Развернули их, и посыпались на стол аккуратно свернутые пачки денег. Двадцать четыре тысячи рублей.
Чижов наотрез отказался:
— Деньги я не прятал...
— Это мы проверим. — Отпечатки пальцев на трубе были тут же сняты и представлены вместе с отпечатками пальцев Чижова на дактилоскопическую экспертизу, которая подтвердила их идентичность.
Под тяжестью улик Чижов сознался.
При обыске у Чижова было найдено много писем от его клиентов. Вот одно из них, от Лапшина Олега Гурьяновича из Челябинска. Он писал Чижову:
«Как раз перед вашим письмом получил письмо из Франции, где мой корреспондент сообщает, что знаки будет продолжать покупать. Он предупреждает, что стоимость русского полкового знака в Париже очень высокая, т. к. русские эмигранты (высшее офицерство) не желают дешево их продавать... Могу предложить вам взамен за серебряные монеты ордена и медали других государств».
Следствие заинтересовалось этим любителем «знаков». Было установлено, что Лапшин, несмотря на закон, запрещающий высылать за границу монеты, систематически этим промышлял. Некоторые из отправляемых им монет представляли музейную ценность. Лапшин вступал в сделки не только с отдельными лицами, но даже с целыми зарубежными фирмами.
В январе — феврале 1967 года одной из иностранных фирм по продаже монет и медалей он выслал одиннадцать серебряных монет царской чеканки, оценив их в триста долларов.
В свою очередь, фирма отправила по почте Лапшину двадцать три монеты, в том числе и действующую валюту в долларах.
Следователем изымаются все почтовые отправления Лапшина. Установлено, что всего им отправлено в зарубежные страны более тысячи различных денежных знаков.