В кабинет вошла чуть запыхавшаяся старшая сестра Жанна Борисовна; ей тоже полагалось быть здесь по тревожному звонку, но где-то замешкалась. Жанна Борисовна была в последнем, сорокалетнем расцвете женской красы: накрахмаленный халат хорошо облегал выразительную фигуру, волосы искусственного стального цвета были уложены бутоном, округлое лицо почти совершенно без морщин; не совсем удачный нос сапожком маскировали очки в тонкой золотой оправе. В руке она держала крышку стерилизатора с шприцом и ампулами.

- Вот очень кстати и вы, Жанна Борисовна! - преувеличенно обрадовался дежурный врач. - У нас замечательный гость, прошу любить и жаловать: Александр Александрович, в просторечии Шурик. С Юпитера. Представитель, так сказать...

Старшая сестра очаровательно улыбнулась. "Пришелец" тоже улыбнулся, завороженно глядя на нее, поднялся с кресла. Санитары придвинулись к нему на шаг.

- Прибыл вербовать желающих переселиться в юпитерианский музей-виварий на Ганимеде среди наших... э-э... жильцов. Куда бы нам его определить для начала, как вы думаете?

- Может быть, в четырнадцатую? - задумчиво сказала Жанна Борисовна.

- А кто там?

- Юлий Цезарь, Райкин и Иосиф Виссарионович. И две свободных койки.

- Что ж, согласен: в четырнадцатую.

- Какая фактура! Какая фемина!.. - глубоким голосом заговорил пациент, увлеченно глядя на старшую сестру. - Жанна Борисовна! Ваши плечи, ваши глаза, ваши волосы, ваш голос и улыбка... не могут не свести с ума. Нет, вам просто необходимо лететь с нами! Вы приобретете куда больше, нежели потеряете здесь, - столько поклонников! И не только в земном секторе музея. Вы будете блистать и пленять, покорять и разбивать сердца... вы станете там звездой первой величины. Нет, я и слышать не желаю об отказе: или вы летите с нами, или я остаюсь здесь, презирая свой долг. Решайте же мою судьбу, великолепнейшая Жанна Борисовна!