Я часами даю показания людям, которых не интересует ничего, кроме пропавших денег, эти люди ищут малейшую зацепку, чтобы упрятать меня на сорок лет. Иногда, устав от бесконечных ответов с датчиками на кончиках пальцев, я начинаю думать: мне все это показалось, приснилось... Но потом усталость проходит, я пью шестую чашку кофе за вечер и пытаюсь доказать всем и самой себе, что мой образ на экране — не я.

Две недели назад муж притащил с работы кипу настоящих бумаг и гордо швырнул их на стол так, словно это были не бумаги, а карточки с крупными суммами.

Карточкам я бы очень удивилась: Алехан зарабатывает мало, с каждым годом все меньше и, видимо, переживает из-за этого, поскольку мой заработок, наоборот, растет. Его фирма — маленькая контора, продающая искусственные цветы для похоронных бюро, какой там может быть карьерный рост? Быть хозяином такой фирмы — еще куда ни шло, но и то, доходы всех этих мини-хозяев не идут ни в какое сравнение даже с зарплатами секретарш в нашей корпорации. Правда, они имеют уйму свободного времени и большие льготы в смысле законов. Но то хозяева. Алехан же имеет все проблемы наемного работника и никаких преимуществ.

В начале нашей совместной жизни я попыталась указать ему на это, но встретила отпор: «У меня есть шанс, которого нет у тебя! — сказал мой муж. — В вашей корпорации, несмотря на все ее гигантские обороты, потолок служащих известен. А у нас всякое может случиться». Я его любила и не стала напоминать о высоте моего потолка: говорят, мужчин это до сих пор обижает. За десять лет шанс так и не появился, но меня это мало волнует. Я получаю очень хорошие деньги. Нам хватает.