- Бывает, Джейн, - сказал я. - Не надо ничего говорить... что тут слова... спасибо за цветы.

Сидни, хлопотавший вокруг, пониженные голоса клиентов, и Терри, злобно следящий за мной из-за своего стола, сделали этот день едва переносимым, но я вытерпел до конца.

Сидни хотел пригласить меня пообедать с ним, но я отказался. Рано или поздно мне предстояло столкнуться с одиночеством и чем раньше, тем лучше. В прошедшие два месяца мы с Джуди всегда обедали или у меня, или у нее в квартире, теперь всему этому пришел конец. Я раздумывал, не поехать ли в загородный клуб, но решил, что не в состоянии выдержать молчаливое сочувствие, и потому купил сандвич и остался дома в одиночестве, думая о Джуди. Не слишком удачная идея, но этот первый день дался мне с трудом. Я сказал себе, что через два-три дня моя жизнь войдет в колею... но получилось иначе.

Не только моя скорлупка счастья рассыпалась при аварии. Я не ищу оправданий, а просто передаю то, что сказал мне потом психиатр. Полагаясь на себя, я верил, что смогу изгнать все это из сознания, но пережитое травмировало мой рассудок. Это выяснилось только потом, когда психиатр объяснил, что именно психической травмой объясняется мое поведение.

Нет смысла углубляться в подробности. Суть в том, что в последующие три недели я расклеился как умственно, так и физически. Я стал терять интерес к вещам, из которых до той поры складывалась моя жизнь: к работе, гольфу, одежде, контактам с людьми и даже к деньгам.

Хуже всего, конечно, получилось с работой. Я начал делать ошибки: сначала маленькие упущения, потом, с течением времени, все более серьезные. Я нашел, что меня не интересует желание Джонса приобрести платиновый портсигар с рубиновыми инициалами для его новой любовницы. Он получил портсигар, но без инициалов. Потом я забыл, что миссис Ван Слей особо заказала золотые часы с календарем для своего маленького чудовища - племянника, и послал ему золотые часы без календаря.