-А у тебя есть дети?

-Нет. У меня нет никого. Я один.

-Как у меня. У меня тоже никого нет. Я тоже один.

-Ты не прав, малыш. Извини. Алек. У тебя есть твой отец. И мать. Да?

-Нет. Они есть у самих себя. А у меня никого нет. Была только старая Тэса. Но она умерла. Давно.

-Твоя бабушка?

-Нет. Не бабушка. Просто. Отверткин, а хочешь, я исполню какое-нибудь твое желание? Раз ты мой телохранитель и тебя могут убить из-за меня. Я умею исполнять желания. Я немножко волшебник, знаешь?

-Да? - рассеянно отозвался Отверткин, высматривая что-то на экране наблюдения. Перед воротами ограды происходило какое-то движение людей и машин. - И что же ты можешь?

-Ну, я много чего могу. А ты чего хочешь больше всего на свете?

Отверткин, восприняв расспросы ребенка как новую игру, глубоко задумываться над ответом не стал.

-Жить вечно, - усмехнулся он, нажимая на кнопочки пульта управления. Один за другим на мониторе мелькали кадры с пустыми пейзажами, окружающими дом.

Алек надолго замолчал, погрузившись в обдумывание задачи. Наконец, он поднял на охранника грустные глаза и произнес:

-Нет, Отверткин. Этого я не могу. Этого нельзя. Так не бывает потому что. Загадай чего-нибудь другое лучше.

-Другое? Пожалста, - бодро ответил охранник. Движение на дороге перед воротами рассосалось, не оставив ни тени сомнения. Отверткин поднял голову вверх, посмотрел на потолок, потом в окно, обвел комнату взглядом, как будто впервые видел ее. - А хочу, чтобы этот дом был моим. Вот чего хочу, нахально заявил он.

-Да? - растерялся мальчик. - А зачем он тебе, Отверткин?

-Как зачем? Дом должен быть у каждого. Чтобы было куда возвращаться. Чтобы детей там заводить. Ну и еще много для чего.

-Так нечестно, Отверткин, - жалобно скуксился ребенок. - Ты же лучше меня знаешь, что для этого нужны какие-то бумажки. С печатями. А я еще даже писать не умею. Я только осенью в школу пойду.