Когда изумление поутихло, он присмотрелся, и в темном углу багажного ящика заметил еще один предмет. И это была именно не слишком большая спортивная сумка. А может быть, это и не мой чемоданчик, подумал вдруг он, протягивая руку к сумке. Может быть, это девчонка свое барахло тут припрятала? У такой запросто может быть и пара чемоданов. Если она одевается в такие же бурнусы не только ночью, а и днем тоже. Для подобной одежды нужно очень много места...

Вытащив сумку (весьма увесистую) и опустив полку, он поспешно спрятал свою добычу за полосатым рулетом матраса наверху и, приведя в порядок сползшую постель, снова улегся. Однако попутчица не спешила возвращаться. То ли засела в туалете надолго, то ли решила погулять, подышать воздухом чуть более свежим, чем в купе.

Наконец девчонка вернулась и с каким-то странным фырканьем забралась под одеяло. Может быть, замерзла, подумал он, хотя вряд ли, тепло, а на ней такая хламида... Он ждал, пока попутчица заснет. Поскольку она снова закуталась в одеяло с головой, он уже не таился, а просто лежал, глядя на верхнюю полку. Светало, и детали обстановки все отчетливее прорисовывались перед его глазами. Впрочем, обстановка была самая что ни на есть купейная, стандартная донельзя. Унылые бежевые стенки, темно-коричневый лидерин, прикидывающийся кожей... полочка-сетка, крючки для одежды... на двери зеркало. Он подумал, что надо бы встать и посмотреть на себя... но тут из-под одеяла напротив донеслось:

- Вы, похоже, не спите, а?

- Да вроде бы не сплю, - откликнулся он без особой охоты. Но и молчать не стоило, раз уж девчонка его поймала.

- Это хорошо. - Голос у попутчицы оказался мягким, с легкой хрипотцой - но хрипотца могла быть и временным явлением, девчонка еще не до конца проснулась. - Я, видите ли, привыкла рано вставать, а в поездах все дрыхнут чуть ли не до обеда... ну, неприятно же людей беспокоить.

- Вы меня не обеспокоили.

- Ну и отлично. Скоро какая-то станция... только мы там стоим всего пять минут. А мне все равно хочется выйти. Рассвет начинается.