- Думаю, его кузен - тот, который приглашен в круиз. Но он ничего не получит. Лишь мы с Гаем знаем об этом.

- Ну и ну!- выдохнул Роджер.- На месте твоего Гая я бы дважды подумал, прежде чем приглашать наследника, лишенного наследства, в длительный круиз по морям, кишащим акулами и всякой всячиной. Это рискованно.

- Роджер, милый, не заводись. Лучше думай об отдыхе и выкини криминал из головы. Ты ведь собрался отдать. Вилли Фэйри (так зовут кузена) ничего не получит. Гай с ним почти не общается, а его жену терпеть не может. Он сказал, что уж лучше завещает состояние в пользу государства, чем позволит Энид Фэйри транжирить его денежки. Так оно и вышло.

- Что?

- Ну да. Он завещал все состояние на погашение национального долга. Все, до последнего пенни. И отослал Вилли копию завещания, чтобы тот не питал на этот счет никаких иллюзий. Иногда Гай такой бессердечный. Может быть, за это я так люблю бедного ягненочка,- с чувством сказала Кристл.

* 3 *

Миссис Вэйн торопила их, и они успели добраться до отеля еще до прихода поезда с остальными гостями. Однако два гостя уже ждали их в зале, отделанной в стиле эпохи Людовика XV, которую снял мистер Пиджин. Это были Валентин Комбе и сэр Джон Бирч. Они не были знакомы и с подозрением взирали друг на друга, расположившись в противоположных углах залы. Можно было с натяжкой назвать их общение беседой, правда, со стороны сэра Джона Бирча участие в ней заключалось в недовольном брюзжании.

Валентин Комбе был смуглолицый молодой человек, кареглазый, с черными как смоль волосами, уложенными с нарочитой небрежностью. Двигался он быстро и порывисто. Молодым женщинам нравилась его необузданность, но Роджер, который немного знал его и сильно недолюбливал, считал, что тот просто играет на публику. Он был небогат и жил с женой и двумя детьми в коттедже где-то в Хэмпшире, там он писал свои стихи о природе. Роджер не одобрял его привычку принимать приглашения, подобные нынешнему - когда его приглашали одного, без жены.