— Мне принадлежит 51 процент акций компании, — сказала она. — Мои дочери унаследуют большую часть состояния. Все это привлекает массу бессовестных или жестоких людей, шантажистов, попрошаек и приживал. Я хочу, чтобы вы нашли Вивиан. Я боюсь за нее и не хочу, чтобы с ней случилось что‑нибудь плохое. Я хочу знать, кто этот Эдвард Лингл. Кто он и что у нее общего с человеком, которого избивают гангстеры.

— Почему вы думаете, что это были гангстеры?

— Мистер Кэгмэн, которому принадлежит мотель «У ручья», видел их. Они вошли в комнату Вивиан, а через минуту она выскочила оттуда с криком. Один из них тут же выскочил вслед за ней и набросился на нее. Он сбил ее с ног. Они уехали раньше, чем появилась полиция.

— Жаль, если бы полиция знала, кто они, через них можно -было напасть на след Лингла.

Казалось она обдумывает это.

— С другой стороны, я рада, что их не поймали. Я не хотела бы, чтобы об этом узнали и получился скандал. Вивиан имела их более чем достаточно.

— Что вы имеете в виду, миссис Дженнингс? — спросил я. Она смотрела на меня в упор, не отвечая. Я сказал:

— Мне не за что зацепиться, миссис Дженнингс. Было бы хорошо, если бы вы рассказали мне все, что можете. Как насчет друзей, к кому она могла обратиться; если бы попала в беду?

Она покраснела.

— Она обратилась бы к своей матери!

— Так почему же она не обратилась?

— Мистер Мак Грэг, я уже говорила, что она очень энергичная и самостоятельная девушка. У нее есть все: деньги, комфорт, много больше того, что я имела когда была в ее возрасте. В молодости я знала, что такое бедность. Вивиан просто не умеет ценить то, что она имеет.

Она мне нравилась все меньше и меньше. Клиенты утаивают правду по многим причинам. У миссис Дженнингс, видимо, было нежелание делиться чем‑то с частным сыщиком, стоящим гораздо ниже ее на социальной лестнице. Она презирала меня, как человека, занимающегося нечистым ремеслом за деньги.