Маль обессиленно закрыл глаза и провалился в короткий, похожий на обморок сон. Ему снился «ПРО-I». Он был новенький, лакированный, блестящий, с человечьим лицом. Только на месте бляхи с номером и индикатором зияла черная дыра и от нее поднимался теплый пар, как от живого.

— Это ты виноват со своей идейкой сделать из меня друга, — проговорил робот и вытянул вперед руку.

Маль увидел на металлической ладони сердце — ненастоящее, игрушечное, обтянутое красной синтетической тканью… И это сердце билось…

Маль проснулся, закричав от ужаса; при виде этого игрушечного сердца его охватило омерзение, какое испытываешь только во сне — всепоглощающее и безумящее мозг. Несколько раз уже наяву вскрикнув, Маль заметался по постели. Ужас постепенно уползал, но медленно. Казалось, страх растворяется и застывает в окружающей рухляди навсегда. Маль вновь потянулся к персоналке.

— Салон! — почти закричал он, когда ему ответили. — Сектор семь, этаж семь «Б»… У меня есть экземпляр для ликвидации. Модель? Самая старая… Человек… Почему нельзя?.. Когда я хочу… Да, я… Пусть меня ликвидируют немедленно, сейчас же! Я требую этого, слышите, требую! Немедленно! Сейчас же!..

Он бил кулаками по измятой постели и захлебывался от крика, хотя связь давно прервалась…

— Энн-Мари, вы сегодня прелестны, — Деш встал с кресла и, держа в одной руке бокал, подошел к девушке и погладил ее черные блестящие волосы, как всегда, по лбу схваченные лентой. Будто ненароком рука соскользнула и легла на плечо. На Энн-Мари было длинное черное платье без рукавов с глубоким вырезом. В ложбинке полуобнаженной груди и в ушах брызгали синими огнями дорогие бездельные камни. Деш был в обычном, домашнем кимоно золотистого цвета с драконами и белые шорты. В распахнутый ворот у шеи виднелась белая полоска давнего шрама. На Энн-Мари Деш смотрел восхищенно и в то же время насмешливо.