— Я не убивал её, Крам.

— Это детали. Мы оба знаем, как всё было.

— Ладно. Тогда зачем ты уничтожил Чентраг?

Я знаю, зачем. Когда Ин-Кинтар пришла за мной, она смотрела на меня твоими глазами — и я поверил, что не всё ещё мертво. А когда она попросила меня возглавить восстание, мой ответ «да» был предназначен не ей — тебе. Но теперь я знаю: ты хотела бы не такого ответа. Кам-Хейнаки отнял у меня тебя — самое дорогое, что у меня было. А я решил отнять у него планету, этот энергетический центр цивилизации. Почему я был так глуп? Почему не понимал, что у него невозможно ничего отнять? Ведь у него ничего нет и никогда не было. И даже теперь, когда он вот-вот будет повелевать Галактикой, у него по-прежнему нет ничего.

— Это была ошибка. Самообман.

— Но ведь есть ещё я.

Убить Кам-Хейнаки? Почему это звучит почти так же, как уничтожить Вселенную?

— Думаешь, я тебя ненавижу? Нет. Ты идёшь к своей цели, несмотря ни на что. Поэтому я тебя уважаю. Чёрт тебя дери, я уважаю человека, который растоптал мою жизнь! А у меня больше нет цели. Поэтому я мертвец.

— А наш спор? Помнишь его?

— Это было очень давно.

— Давно — но на всю жизнь! Кто из нас в конце концов окажется на вершине, а кто скатится вниз.

— Вот я и скатился.

— Но ещё не всё потеряно! Тебя восстановят, и я отпущу Ин-Кинтар. И не стану следить по Системе, куда вы полетите.

Ин-Кинтар… я думал, что она похожа на тебя, но ошибся. В ней оказалось гораздо больше от меня. Того, каким я был много лет назад, когда мы с Хейном ещё называли друг друга товарищами. Я даже не предполагал, что с тех пор настолько изменился. Поэтому я никуда не полечу с ней.

— Зачем это тебе? Ты на вершине, вот и радуйся.

— Некоторые люди уникальны, Крам. Мы с тобой — именно такие.

— Все уникальны.

— Но не так, как мы. Посмотри на эти толпы: они созданы для того, чтобы подчиняться нам! Они обманывают сами себя — а думают, что совершают подвиги. Они обожают усложнять себе жизнь. Но мы — другие. Именно поэтому мы поспорили. Мы сражаемся и давим по пути тысячи мелких людишек. Так и должно быть. Сейчас ты проиграл, но ещё можешь отыграться.