- Так чем же он питался? - одновременно вырвалось у нас с Симпсоном. Холмс не ответил на наш вопрос: он думал...
Здесь я должен прервать свой рассказ, и вот почему: когда расследование этого происшествия уже было закончено, Холмс сказал мне:
- Ватсон, если Вы задумаете описать это дело, то сразу после эпизода с разбитой бутылкой посоветуйте читателю отложить книгу в сторону и несколько минут подумать. К этому моменту у читателя уже есть достаточно фактов, чтобы догадаться каким образом арестант мог исчезнуть из камеры.
Я присоединяюсь к словам Холмса и рекомендую прежде чем читать решение этой задачи, сначала сопоставить все известные Вам данные. Пусть даже Вам не удастся решить ее, все равно, узнать ответ к задаче, над которой хоть сколько-нибудь думал, будет гораздо интереснее...
...Наконец Холмс задумчиво произнес:
- Скажите, Симпсон, как по Вашему, если кому-либо нужно было бы убить нашего узника, он мог бы пустить в камеру через вентиляционное отверстие отравляющий газ?
- Не думаю. Вентиляционная труба идет из камеры на крышу тюрьмы, а там тоже стоит часовой.
- Мне нужно немедленно позвонить, - сказал Холмс. - Проводите меня к телефону, Симпсон.
Я видел, что Холмс напал на след, и мне было чрезвычайно интересно проследить за дальнейшим ходом событий, однако, как назло, я должен был ехать к больному. Мне удалось освободиться только к вечеру, и приехав на Бейкер-стрит, я застал своего друга в чрезвычайно плохом настроении, какое у него обычно бывало при отсутствии интересных дел.
- Боже мой, Холмс, неужели Вы бросили распутывание этого загадочного происшествия! - воскликнул я.
- Оно уже распутано, Ватсон.
- Как, всего за несколько часов?!
- Да, Ватсон, поначалу я и сам не ожидал, что это дело окажется самым простым в моей практике. Устраивайтесь поудобнее в этом кресле, и я Вам все объясню. Самое трудное в этом деле было в том, чтобы найти в себе смелость признать невероятное, раз это невероятное подкреплено фактами. Симпсон не нашел в себе смелости признать тот невероятный факт, что узник ушел не через дверь, хотя это подтверждалось несломанной печатью на двери и показаниями часовых. Если Симпсону и приходила в голову мысль о том, что преступник мог уйти не через дверь, он тут же отбрасывал ее как совершенно абсурдную.