Узник спит погасив свет. Но змеи прекрасно чувствуют тепло, исходящее от людей или животных. Анаконда тут же обвивается вокруг спящего, и душит его, а затем и проглатывает. Надо сказать, что змеи не прожевывают свою добычу, а глотают ее целиком, и потом неделю, а то и две, лежат и ждут, когда она переварится. И вот наш узник лежит в желудке анаконды, постепенно "изменяя свою форму", то есть перевариваясь и равномерно распределяясь по всему телу шестиметровой змеи.
Наконец, три дня назад, ночью, бандиты снова пришли к канализационному колодцу. Как я уже говорил, к хвосту змеи был привязан длинный канат. Другой конец каната остался в этом колодце. Бандиты потянули за канат, потревожили змею. Та дернулась и опрокинула на пол бутылку с водой. Наконец бандиты вытащили змею, посадили ее в клетку. Не знаю, что они собирались сделать со змеей, но они понесли ее по городу, и на одном из перекрестков попались в руки полиции, которая давно уже искала украденную из зоопарка анаконду.
- Но как вы обо всем этом догадались, Холмс? - воскликнул я.
- О том, как я догадался, что это было животное, а не человек, я уже рассказал. Животное, которое может пролезть через узкую трубу, должно быть тонким, но при этом большим, раз оно смогло справиться со взрослым человеком. Тонкое и большое - значит длинное. Назвать такое животное сможет даже ребенок. Меня смущало лишь то, что преступники выбрали такой сложный способ для расправы с заключенным. Помните, я спросил Симпсона, нельзя ли было пустить в камеру отравленный газ? Получив отрицательный ответ, я больше не сомневался, что здесь замешана змея.