Его пыл немного спал, и только когда надвинулся самый последний день, он окончательно пришел в себя, почувствовав окружающий мир.

Он избежал гнусного поступка, но, возможно, лишь ценой потери собственной души.

Он настал. Он наконец-то настал. День, когда все произойдет и тут же закончится. В его мозгу еще несколько раз появлялись видения, столь впечатляющие, столь тревожащие, что они подтверждали его представление о приближающемся событии. Все произойдет сегодня. Сегодня мир погибнет и сгорит.

В одном из видений огромные здания, стальные и бетонные, вспыхивали подобно кучкам магния и рассыпались как сгоревшие бумажки. Солнце выглядело блеклым, напоминая выбитый глаз. Тротуары текли как масло; обуглившиеся, тлеющие фигуры падали на крышах и в канавах. Он видел нечто ужасное, он видел — сегодня.

Он знал: его время наступило.

И тут его осенила мысль насчет денег. Он забрал из банка все до последнего пенса. Выгреб мелочь до последнего пенни из четырех тысяч долларов; лицо вице-президента банка приобрело странное выражение, и он спросил, все ли в порядке. Артур ответил в соответствующем тона, и вице-президент почувствовал себя несчастным.

Весь день в конторе — конечно же, он вышел на работу, поскольку не мог представить другого способа убить время в самый последний из всех дней — он держался на пределе. Постоянно отворачивался от стола и бросал взгляд в окно, ожидая кроваво-красного зарева, окрашивающего небо. Но зарева не последовало.

Около полудня, сразу после перерыва на кофе, он почувствовал, что к горлу подкатывает тошнота. Он поспешил в мужской туалет и заперся в одной из кабинок; уселся на стульчак унитаза и обхватил голову руками.

И пришло видение.