— Согласен с вами.

— Так с чего мне начать? Конечно, с начала. Я отбывал срок на пограничной планете Калами Три за какое-то надуманное нарушение местных законов или обычаев.

— Грабеж? — предположил Каин.

— Скупка краденого и покушение на убийство, если придерживаться фактов, — ответил Стерн. — Компанию мне составлял Грегори Уильям Пени. Возраст — от сорока до пятидесяти, рост — шесть футов четыре дюйма, широкоплечий, мускулистый, черные волосы, карие глаза, чисто выбритое лицо. Говорил на шести инопланетных языках, так, во всяком случае, он мне сказал. Я-то не говорю ни на одном. — Он улыбнулся фейли. — Да мне это и не нужно. На тыльной стороне правой ладони у него был шрам в форме латинской буквы «S». Мне он показался приятным, образованным, интеллигентным человеком. О себе и своем прошлом он ничего не рассказывал, но отлично играл в шахматы, чем мы и занимались практически все время. Доску и фигуры нам одолжили тюремщики.

— Как вы узнали, что он — Сантьяго?

— Мы пользовались гостеприимством каламийской тюрьмы только одиннадцать дней. На двенадцатый в нее ворвались пятеро вооруженных людей. Нейтрализовали тех, кто нас охранял, и освободили моего сокамерника. Стерли всю информацию, хранящуюся в памяти компьютера тюрьмы. Потом я выяснил, что то же самое они проделали и с судейским компьютером. Когда они уходили, один из нападавших назвал моего сокамерника Сантьяго.

— Если это все, что вы хотели мне рассказать, я желаю получить мои деньги назад, — покачал головой Каин. — В Пограничье не меньше тысячи мелких преступников, которые хотят, чтобы их принимали за Сантьяго. А если тюремные архивы уничтожены, вы даже не можете доказать, что этот Грегори Уильям Пени сидел с вами, не говоря уже о том, что он — Сантьяго.

— Имейте терпение, мистер Каин, — улыбнулся Стерн. — Я еще не закончил.