Восьмерку целиком составили из школьников, и они все знали Сасс, хотя только один учился с ней в одном классе. Они явно не хотели, чтобы у их старосты были неприятности. Она тоже этого не хотела, тем более что каждый вдох и так доставлял сильную боль в боку. Но переноска окровавленных трупов людей, которых Сассинак хорошо знала, а теперь могла опознать, к примеру, только по желтой юбке, которую всегда носила Сефа, или бронзовому медальону на запястье Торри, оказалась куда более тяжелой работой, чем поначалу думалось. Четыре или пять других звеньев занимались тем же самым. Потом Сасс поняла, что пираты добили раненых, а еще позднее узнала, что то же самое происходило по всему городу.

Когда все здание было очищено от трупов, звено Сассинак и два других звена погрузили на гусеничный поезд, которым управляли пираты. Они преспокойно расселись на трупах («Как на подушках!» — подумала Сасс) и не спускали глаз с ехавших сзади детей. Сасс не сомневалась, что их убьют; она только не понимала, почему пираты так долго с этим тянут. Поезд с лязгом свернул на аллею, ведущую к рыболовецкой исследовательской станции, где так надеялась работать Карие. Все окна станции были разбиты, а дверь взломана. Сасс пока еще не видела Карие, хотя она не решалась слишком часто осматриваться. Лунзи и Джанук тоже куда-то пропали.

Поезд остановился у причала. Детям пришлось, путаясь в канатах, выгружать трупы, вытаскивать их на пирс и сбрасывать в океан. Пираты подгоняли новоиспеченных рабов, раздавая удары направо и налево.

Сасс старалась ни о чем не думать, не смотреть на лица мертвецов. Но в очередной ходке на полпути к краю причала она вдруг поняла, что держит в руках Лунзи. Из горла девочки вырвался сдавленный крик; тело Лунзи выскользнуло из пальцев, ударилось о причал и свалилось в воду. Сасс застыла, словно окаменев. Кто-то дернул ее за ошейник, но она не обратила на это внимания. Сзади послышался крик: «Это была ее сестра!» — и все погрузилось во тьму.