– Рассказчики! – затрепыхался тот, норовя выскользнуть. Локи сжал цверга покрепче.

– И что же они собираются пьяной братии рассказывать? – приступил он к допросу.

– Как – что? – цверг от удивления даже перестал вырываться. – Всякий знает, что лучший рассказчик, победивший сказкой прочих, будет увит цветущей ветвью из рук прекрасной Сольвейг, повелительницы фей. И в придачу сможет три дня не работать в подземных мастерских!

Глазенки цверга светились искренним восторгом. Локи, которому от девиц прохода не было и который и дня в жизни не работал, лишь плечами пожал на странные порядки в Альфхейме. Но уточнил:

– А где эта самая фея?

Посмотреть на хорошенькое женское личико – это не с подвыпившим цвергом болтать.

– Да вот же! – снова поразился непонятливости аса карлик, указывая на серую мышь, восседавшую на золоченом престоле.

– Это? – Локи сглотнул горькую слюну: мышей он терпеть не мог. Пришлось глянуть истинным зрением, но и зрение внутренним оком радости от созерцания мыши не прибавило: ас увидел древнюю, раскрашенную, как пугало, старушенцию, морщинистую и, кажется, горбатую.

– Хороши же тут феи, – процедил ас. Потом выпустил коротышку, который тут же нырнул к ближайшей бочке с элем: страх нужно было утопить.

Локи напряг слух, наклонив к плечу голову и хмурясь. Однако голос рассказчика, начавшего состязание первым, доносился, словно тот говорил в рупор. «Эхо в пещере!» – Локи смерил купол свода и пристроился поудобнее: для выполнения задуманного времени было уйма, почему бы и не послушать сказку? Тем более, что история, кажется, была занятной.

– Случилось это в незапамятные времена, когда цверги были настоящими правителями в нижних мирах, – так начал рассказчик, старый гном с выцветшими седыми волосами, пушком окаймлявшими блестящий овал лысины. – И был среди цвергов один, по прозванию Рыжая гора, так звали его приятели, а враги, боясь накликать гнев грозного цверга, и вовсе не поминали имени героя.