— О! Как хочется свежатины, Врон… совсем невмоготу!

— А мне, думаешь, нет, дорогая Дрина? Но ничего, скоро попробуем тормознуть ещё раз.

Уже четырежды они пытались остановиться, но каждый раз еле-еле уносили ноги: так жива была все ещё память о вампирах. В последний раз этак с полмиллиона лет назад — все обернулось для них «собачьей жизнью» в буквальном смысле этого слова, потому что к тому времени человек с его цивилизацией уже угас, уступив место своему лучшему другу. А собачки быстро учуяли их сущность вампиров. И не успели Врон и Дрина полакомиться кровушкой одной — единственной, нежной и невинной левретки, как на них насела целая свора, от которой пришлось удирать сначала в машину времени, а затем и вообще вслепую — все вперед и вперед, в будущее.

— Как мило с твоей стороны, что ты намерен остановиться, — томно выдохнула Дрина.

— Чего уж тут благодарить, — тоном профессионального трагика откликнулся тот. — Просто мы уже дошли до ручки. Ни тебе горючего, ни возможности раздобыть его в этой временной точке, ибо мы уже долетели до эпохи, когда все радиоактивные вещества превратились в свинец. Иными словами, вопрос упростился: или здешние условия нам подходят для выживания, или — каюк!

Они привременились и вышли на разведку. Дрина первая заметила направлявшееся к ним существо.

— Смотри-ка! Что-то незнакомое! — удивилась она. — Собак уже вытеснил другой вид. Теперь-то о нас уж точно все позабыли.

Подошедшее оказалось телепатом. И в головах Врона и дрины прозвучало:

«Я уловил в ваших мыслях обеспокоенность насчет того, знаем ли мы, кто такие вамгпиры. Смею вас заверить: не имеем ни малейшего о них понятия».