— Надо срочно сообщить в центр, — напарник судорожно напялил наушники и принялся стучать по кнопкам компьютера.

Он промолчал, лишь еще раз внимательно всмотрелся в возможные зоны поражения, рассчитанные умной машиной и, резко развернувшись, вышел из рубки.

— Виктор, ты куда, с ума сошел, что-ли? — раздалось в шлеме. — Вернись назад, с земли уже стартует спецгруппа.

— Они не успеют, до старта осталось несколько минут.

— Ты-то откуда знаешь?

— Сам посмотри.

Один из контейнеров зиял открытой крышкой, а по бокам вырывались небольшие облачка продувки.

— Ну и что? Уходи оттуда, что ты можешь сделать? На Земле уже приготовились, они не долетят.

— А если долетят?

Он прицепился магнитными захватами к корпусу спутника. Массивный ствол резака уперся в обшивку.

— Прощай, напарник, и не поминай лихом, но я обещал, — он проводил взглядом уносящиеся огни корабля.

Огненный луч ударил в металл, плавя его. Медленно, слишком медленно, ручку мощности до упора и не обращать внимания на предупредительные гудки опасности, раздающиеся в шлеме и не думать о плавящейся оболочке скафандра, главное успеть.

Секунда замерла, а затем расцвела облаком термоядерного взрыва.

— Я тебя никогда не брошу.

Внизу на земле, среди бушующих волн карнавала, стояла рыжеволосая девушка и смотрела в небо, где среди красочных огней фейерверков, распадался особенно огромный, взывавший бурю восхищенных криков толпы. По ее лицу непонятно почему, непроизвольно, бежали слезы.

Алеша

Они бежали в гору сквозь разросшийся кустарник ежевики, сдирая оголенные руки в кровь. Б-19 безнадежно отставал. Луч парализатора хоть и вскользь, но задел его и теперь его мышцы постоянно сводило судорогой. У-234 остановился и, дождавшись пока девятнадцатый доковыляет до него, забросил его руку себе за шею и подхватив того за широкий пояс потянул вслед за удалившимися товарищами.