Я согласилась. И теперь часто нахожусь там, где любящим друг другу угрожают опасности. Я могу проникнуть в сознание девушки и в сознание парня.

Я убеждаю их, что любовь, жизнь - это замечательно, и что не надо ссориться никогда.

"Слышите,-говорю я им,- ни при каких обстоятельствах не надо ссориться..." Мне для общения совсем не обязательно прибегать к помощи платья, как сделала я это сегодня. Просто... Только не сердитесь... Захотелось хоть немного почувствовать себя на месте вашей невесты. И то сияние, которое исходило сегодня от подвенечного платья, было лишь слабым отсветом моей некогДа несчастной души, только никто этого не почувствовал...

А когда вы - еще раз простите- сжали своей горячей рукой ладонь Севары, во мне вдруг вспыхнула ревность... Такая сильная, что я чуть было не испепелила ею вашу невесту - поэтому ей и стало плохо. Но, к счастью, вмешались ОНИ, те, кто избрал меня для осуществления великой миссии добра. Успокоили меня и дали возможность поговорить с вами, напомнить, что на вашей совести - жизнь несчастной девушки и ее нерожденного ребенка. Чтобы искупить Эту вину, вы должны всегда любить свою жену и заботиться о ней. Прощайте...

Уктам хотел крикнуть, но в это время кровать заскрипела, и лежащая до этого неподвижно Севара повернулась набок. Уктамжон испуганно взглянул на нее, потом перевел взгляд на подвенечное платье. Последнее, как ни в чем не бывало, спокойно висело на спинке стула.

"Что же это такое?- спросил про себя Уктам.Галлюцинация?" И как бы в ответ услышал ускользающий, теряющийся где-то вверху и потому затихающий шепот:

- Проща-айте... Пом-ни-те-е... Через год у вас родится девочка, и с ее рождением я вновь вернусь на Землю-ю...

Начало светать. Проснулась Севара. События вчерашнего вечера выпали из ее памяти и, чувствуя себя счастливой, она весело осматривала свое новое жилище. Увидев Уктама, который, сидя на стуле, с тоской сжимал ладонями поникшую голову, она бросилась к мужу.