- Повезло, - заметила она, протягивая для сравнения свой букет, который все еще сжимала в пальцах. Настоящий уже начал увядать, края обертки немного обтрепались, лепестки кое-где были оборваны, в то время как ее по-прежнему был свеж и аккуратен - и останется таким навечно.

- Вот, - сказала она Кэти, - возьми мой, на двойную удачу! Но когда Энн попыталась вручить Кэти букет, оказалось, что она.

не может этого сделать. Букет стал частью ее самой! "Забавно, - подумала она, - но я не боюсь". Едва ли не с раннего детства Энн опасалась: а вдруг когда-нибудь внезапно окажется, что она больше не она?! Эта ужасная мысль преследовала ее месяцами: до чего мерзко знать, что ты больше не ты!

Однако ее сим, похоже, не возражал. В "семейном альбоме" было дюжины три Энн, от двенадцатилетней до нынешней. Ее симы были из разряда довольно угрюмых и необщительных, но все соглашались, что жизнь сима не так уж плоха, если удается преодолеть начальный шок. Ей говорили, что хуже всего в первые моменты дезориентации. Поэтому и заставили пообещать никогда не перезапускать симы. Не возвращаться к первым минутам. Не вспоминать - иначе все начинается сначала и повторяется непрерывно. Поэтому Энн ни разу не перезапускала их с того момента, как отправляла в архив.

К ним присоединилась другая Энн, поникшая.

- Ну? - сказала она Энн.

- В самом деле, - поддержала та.

- Повернись, - попросила другая Энн, взмахнув рукой. - Я хочу посмотреть.

Энн с радостью подчинилась.

- Твоя очередь, - сказала она потом, и другая Энн немедленно продемонстрировала платье. Энн восхитилась тем, как сидит на ней подвенечный наряд. Правда, очки немного портили общий эффект.

"Может, все еще обойдется, - подумала она. - Мне так весело!"

- Интересно, как мы смотримся рядом? - спросила она, подводя вторую Энн к зеркалу на стене, большому, повешенному высоко, с наклоном вперед, так что можно увидеть себя словно бы сверху.