А затем принц почувствовал, что призрачное сияние вновь сгущается – но на этот раз вокруг них обоих. Панорама Железной теснины едва проступала сквозь уплотняющуюся сиреневую дымку. Потом раздался тонкий мелодичный звон, словно оборвалась серебряная струна, и все вокруг погрузилось в ослепительно сверкающую тьму.
ГЛАВА ПЯТАЯ,
в которой Джарвис знакомится с Замком Тысячи Лиц и страдает от не вовремя проснувшейся гордости
Приключилась со мной мистерия:
Мне приснился товарищ Берия,
Подмигнул мне стеклянным глазом
И спросил: «Что дрожишь, зараза?»
Сколько времени прошло с момента битвы у Пьющей Лошади? Несколько мгновений, день, месяц, год? И где он находился все это время?
Джарвис не знал этого. Пелена, которой Ломенархик окутала его сознание, была сродни сну или даже смерти, а миг, когда она рассеялась, стал его пробуждением или воскрешением.
Сначала был только полумрак. Кое-как окинув пространство все еще мутным взором, Джарвис осознал, что стоит в темном и широком коридоре с полом, выложенным цветной мозаикой. Неподалеку от него в кольцо на стене был вставлен факел, горящий странным сиреневым пламенем, и пламя это рвалось клочьями, словно под ветром – вот только Джарвис не ощущал ни малейшего шевеления воздуха. Принц подошел ближе и протянул руку к пламени – невсерьез, сам не зная, зачем, но неожиданно лепесток холодного сиреневого огня сам лег в его ладонь.
Только теперь до него дошло, что он совсем один в этом таинственном коридоре – Ломенархик исчезла, как будто ее не было вовсе.
Покачивая лепесток огня на ладони, Джарвис двинулся по коридору – не на розыски ведьмы, а просто потому, что не век же стоять под факелом. Да и любопытно было, куда зашвырнуло его колдовство Ломенархик.