зале же вестники вместе с проворными слугами дома
Эти – вино наливали в кратеры, мешая с водою,Те, – ноздреватою губкой обмывши столы, выдвигалиИх на средину и клали на них в изобилии мясо.Первым из всех Телемах боговидный заметил богиню.Сердцем печалуясь милым, он молча сидел с женихами.И представлялось ему, как явился родитель могучий,Как разогнал бы он всех женихов по домам, захватил быВласть свою снова и стал бы владений своих господином.В мыслях таких, с женихами сидя, он увидел Афину.Быстро направился к двери, душою стыдясь, что так долгоСтранник у входа стоять принужден; и, поспешно приблизясь,Взял он за правую руку пришельца, копье его принял,Голос повысил и с речью крылатой к нему обратился:"Радуйся, странник! Войди! Мы тебя угостим, а потом уж,Пищей насытившись, ты нам расскажешь, чего тебе нужно".Так он сказал и пошел. А за ним и Паллада Афина.После того как вошли они в дом Одиссеев высокий,Гостя копье он к высокой колонне понес и поставилВ копьехранилище гладкое, где еще много стоялоКопий других Одиссея, могучего духом в несчастьях.После богиню подвел он к прекрасноузорному креслу,Тканью застлав, усадил, а под ноги придвинул скамейку.Рядом и сам поместился на стуле резном, в отдаленьиОт женихов, чтобы гость, по соседству с надменными сидя,Не получил отвращенья к еде, отягченный их шумом,Также, чтоб в тайне его расспросить об отце отдаленном.Тотчас прекрасный кувшин золотой с рукомойной водоюВ тазе серебряном был перед ними поставлен служанкойДля умывания; после расставила стол она гладкий.Хлеб положила перед ними почтенная ключница, многоКушаний разных прибавив, охотно их дав из запасов.Кравчий поставил пред ними на блюдах, подняв их высоко,Разного мяса и кубки близ них поместил золотые;Вестник же к ним подходил то