Командир отряда "Аурек-Семь", как типичный солдат, знал, что от него требуется не осмысление приказа, а лишь точное его выполнение. А если и возникли сомнения, то он должен был оставить свои мысли при себе, а не высказывать их вслух, да еще и при подчиненных. Для имперского штурмовика это правило было одним из главных, но это было только правилом. Империи Палпатина уже не было, и бойцы, сидящие в транспорте, были не теми клонами, что служили Республике, а потом и Империи. Элитные солдаты Империи Руки были отобраны разведкой не только из-за своих боевых навыков: здесь были собраны люди, которые могли чувствовать границу между беспрекословным подчинением и инициативой, между честью и доверием, что делало из штурмовиков 501-ого элитных солдат. Плут медленно прошелся взглядом по сорока закованным в доспехи мужчинам, тихо сидящим вокруг него. Вот уже шесть лет он в роте "Аурек", два года в качестве командира "Аурек-Семь". И за это время он понял, что на свете очень мало того, с чем имперские штурмовики не могут справиться, даже если захотят. Им приказали пойти и захватить диктатора, и, несомненно, они это сделают. Никому из них, и уж точно не ему, не нужны причины для приказа. Но вопрос остается открытым. «Одна минута», – сообщил водитель. Пришло легкое возбуждение от активности, когда штурмовики в последний раз проверили свои бластерные винтовки БласТек E-11 и другое снаряжение. Транспорт практически остановился, и задние двери, повернувшись, открылись. Тихо, группами по четверо, штурмовики начали высаживаться в проливной дождь, скользя к своим точкам назначения через пустынные улицы. Последним отрядом был "Аурек-Семь". Плута тряхнуло при приземлении, он сделал пару шагов и остановился для быстрого осмотра местности. Здания, возвышавшиеся вокруг него, освещались всего парой светильников, а в них самих было так же тихо, как и на улице. – Похоже, эикари, наконец, поняли, что соседство с диктатором опасно для жизни, – сзади раздался комментарий Смерча.