На ладонях у него выступили кровавые стигмы, на лбу проступили царапины.

У Николая Петровича была своя беда - грозу он мог переносить только в таком положении. И потому он опасался заглядывать в свои предыдущие жизни. Очень опасался.

А вдруг?..