У каждого мага после определенного уровня силы есть такие Ограничения. Это сам мир решил обезопасить себя от слишком непостоянных существ… Чем сильнее маг, тем серьезней и сложнее его Ограничение. И Высших они, соответственно, держат в довольно узких рамках. Избавиться от ограничений невозможно, хотя архимаги уже не раз и не два пытались. Вывод один: Ограничения часть магической силы и она пропадет вместе с ними. Есть бедолаги, которым Ограничения не дают нормально жить. Я слышала, например, что одному юноше нельзя было показываться на солнце, иначе Ограничение начинало вытягивать из него жизнь. Таких магов специально лишают дара, чтобы не мучились зазря. Интересно, а какие ограничения у Северина? Будто подслушав мои размышления, Князь завозился, потерся щекой о мой живот и приподнялся на вытянутых руках. Я улыбнулась, настолько забавным он выглядел с растрепанными после сна волосами и сонной полуулыбкой.
— Доброе утро, — поприветствовала я.
— И тебе Лазорь, — ответил он и потянулся, хрустнув суставами. — Давно не спишь?
— Не очень. Из коридора послышали невнятные гневные воли, какая-то возня; Северин мигом подобрался, насторожился.
— Что там? — испугалась я.
— Не знаю, — помолчав, сказал он. — Но предчувствие у меня нехорошее. В дверь комнаты заколотили, да так что она чуть не слетела с петель. Я только и успела, что закутаться в одеяло, когда Князь распахнул ее.
— Что происходит? — холодно вопросил. Стоявшие в коридоре северяне в основном женщины, с решительностью написанной на лицах загомонили все разом, указывая на меня руками. Я не поняла ни слова. А вот Князь, судя потому как разом ожесточилось его лицо — понял.