— Давайте-ка снимем с него цепи, — предложила она. — Кей, посмотри, у тебя должны быть подходящие ключи.

После пятиминутной возни, которую пленник вообще не заметил, нашлись и ключи. Еще несколько минут ушло на то, чтобы разомкнуть замки. Ими, похоже, давно никто не пользовался, и ключи поворачивались весьма неохотно. Наконец, руки и ноги пленника оказались свободны, но он и на это не обратил внимания, продолжал сидеть так же неподвижно и безмолвно. Джулия еще раз попыталась заговорить с ним:

— Ты понимаешь всеобщий язык? Кто ты такой? Мы — из медейских войск. Понимаешь?

Молчание.

— Кажется, он… того, — Кей хмыкнул, покрутил пальцем у виска. Его вовсе не привлекала возня с таким ободранным и вонючим типом.

— Может быть, — нахмурилась Джулия. — В любом случае, его надо вывести наверх. Изола захочет допросить его.

— Да кого допрашивать? С тем же успехом Изола сможет поговорить со стеной тут, в подвале. Оставим этого парня, Джули. Он подохнет через день или два, ясно же. А потащим его отсюда, загнется по дороге, он же одна кожа да кости, не понять, в чем душа держится. А хочешь, давай прикончим его тут. Чтоб не мучался.

Джулия с трудом подавила желание со всей силы вмазать Кею по зубам.

— Я сейчас тебя прикончу, паршивец! — прорычала она. — Чтобы не нес всякой дури! Давайте, помогите ему встать, и ходу отсюда…

Пленник, поднявшийся во весь рост с помощью двух братьев, оказался таким же высоким, как Сафир, который возвышался чуть ли не на полголовы над большинством своих товарищей. Должно быть, когда-то он выглядел внушительно, но теперь был так худ, что казался огородным пугалом. Он даже держаться на ногах самостоятельно не мог. Да и с чужой помощью у него это получалось неважно: он, скорее, висел, а не стоял. Джулия задумалась, куда его теперь девать. Тащить в спальни на верхних этажах слишком далеко, как бы и впрямь не умер по дороге. К тому же, там слишком много лестниц, в том числе и узких. Втроем не развернуться. Тут ей в голову пришла идея.