- Я обязан сохранить положение дел неизменным, - задумчиво проговорил Овербек. - Не стоит рисковать. И, м-м-м... человек может послужить прекрасным образцом самоуверенности... О'кей, - внезапно решил он. Возьми бластер. Если возникнет опасность, используй его без колебаний. Я не думаю, конечно, что ты попадешь в какую-нибудь переделку, иначе просто не отпустил бы тебя. Но... - Он пожал плечами. - Никакое честное пари не бывает заведомо выигрышным.

В трех километрах к северу от Дахии пустыня переходила в суровую горную страну с глубокими узкими каньонами, темно-коричневыми скалами, редкими зарослями колючего кустарника и источенных ветром деревьев с зазубренными листьями. Разыскивая минералы, торчащие то тут, то там из песчаной почвы, Жуан не заметил, как зашел слишком далеко и потерял из виду свой флайер. Конечно, совсем потеряться флайер не мог, ибо был оснащен радиомаяком.

Как ни медленно вращалась планета, но и ее день все-таки подходил к концу. Жуан вдруг увидел, как низко опустилось тусклое красное солнце, какие глубокие и длинные тени легли вокруг, и почувствовал, что резко похолодало и незакрытое лицо начал пощипывать мороз. В кустах перекликались вечерние ветерки, откуда-то доносился звериный вой. Проходя мимо небольшой речушки, Жуан заметил, что она подернулась льдом.

"Ничего страшного, - думал он, - но я проголодался, опоздал к ужину, и шеф будет беспокоиться".

Быстро темнело, дорога становилась совсем неразличимой, и Жуан начал спотыкаться о камни. Если б циферблат его компаса не светился, пришлось бы включить фонарик.

Тем не менее он был счастлив. Именно таинственность окружающего мира делала его столь пленительным, и Жуан мечтал увидеть еще много других миров. А празднование Рождества сулило возвращение к теплу и радости, воспоминаниям о сестренках, Тло и Тиа Кармен, о милом маленьком мексиканском городишке и о вкусном праздничном ореховом торте...

- Райелли, эрратан!