— Нет. На деле она оказала уважение поверженному противнику. А ее слова, как и твои, не значат ничего. Теперь помолчи, — я прошу. Не вынуждай заставлять тебя.

Под ее сердитым взглядом он отвернулся и обратился к лучнику.

— Сколько вы украли у путников, отправляющихся на Празднество?

— Ничего. Ни единого гроша из имперской казны.

— И, тем не менее — это уже слишком много. Ты и ваш великан отправитесь на Празднество и вернете все награбленное. Вы раздадите нищим все, что у вас есть, до последней монеты, а затем отправитесь на запад.

— Но на западе вируки, и Соты, и дикари… Наши шансы там выжить…

— …намного выше, чем здесь, — усмехнулся Моравен. — Шансы просто великолепные: на западе вы больше никогда не встретитесь со мной.

Лучник размышлял не дольше одного мгновения.

— Здесь, в самом деле, становится чересчур многолюдно. Что ж, значит — на запад…

Конорсаи возмущенно фыркнула, но промолчала. Моравен, не обращая на нее внимания, повернулся к Павинти.

— Теперь нужно определить твою судьбу.

— Воля моего господина будет исполнена.

— Ты отправишься в Деррос, на юг, к виринскому побережью, в Школу Истора. Скажешь Главному Учителю, что тебя прислал я. Он будет помогать тебе тренироваться. Когда отпустит, ты покинешь Школу и в течение девяти лет будешь ксидантцу. Тебе придется странствовать и иметь дело с разбойниками — такими же, как когда-то была ты сама.

— Да, Мастер. — И она вновь распласталась навзничь в земном поклоне.

— Сегодня позаботься о своих напарниках, а завтра отправляйся в дорогу. Такова моя воля.

Откупщики, объединив усилия, подняли молот великана и переломили рукоять. Остальные продолжили путь, устремившись им вслед; Конорсаи ничего не оставалось, как присоединиться. Все путники держались на почтительном расстоянии от Моравена. Он прошел мимо разбойников и остановился, помедлив, пока их миновали старик со своей семьей, замыкающие шествие.