Понятно, что при подобном раскладе клиенты фирме были гарантированы. Но их, родимых, надлежало раскрутить на расставание с рублями именно здесь, а не у конкурентов.

Я пришла по полученному в редакции адресу в назначенное время. И прождала руководителя заведения около получаса. Они все желают быть по-западному пунктуальными, но у них это регулярно не получается. В нашей действительности это не их вина, а всеобщая беда. И, говоря о человеке, которому назначено, «подождет», люди себя утешают, а не выкобениваются. Хотя, конечно, и зарвавшейся сволочи хватает.

Его звали Иваном. Ему было хорошо за сорок. Как раз тот возраст, в котором мужики представляются молодым журналисткам только именем, ждут, не спросят ли об отчестве, и делают какие-то таинственные выводы то ли о труженицах пера, то ли о собственной моложавой неотразимости. Иван выхолил свою персону не до предела, но старался. Он не смотрелся ни плебеем, ни патрицием, ни плейбоем. Обычный симпатичный мужчина, имеющий поводы к неширокой, но вроде искренней улыбке. Облаченный в приличный неброский костюм и умеренно дешевый галстук, он потрясающе вписался в свой тесный кабинетик. Там помимо стола, компьютера и стеллажа для бумаг чудом умещались газовая плита, кофеварка и вешалка, коими пользовались все сотрудники. Подозреваю, что в ином интерьере он смотрелся бы бледнее. В окружении не подобострастных подчиненных, но ровни, терялся бы. Впрочем, если подозрения не претворяются в упреки, ими стоит пренебречь.

Мы говорили с глазу на глаз часа полтора. То, что он сам ученый-химик, меня не удивило. То, что в штате его фирмы пятеро из десяти служащих — кандидаты и доктора химических наук, впечатлило, как он рассчитывал. И то верно, стоило взглянуть на составы предлагаемых препаратов, оторопь брала. Фирма обеспечивала качественную экспертизу и сравнительный анализ товаров, чем заслуженно гордилась. Поскольку распространялся Иван только о себе, я написала рассказец о создании этим небездарным господином службы помощи растерянным садоводам и огородникам. Из чистых побуждений — об их здоровье заботился. И попала пальцем в небо. Хотя мое небо — их болевые точки. Интуиция.