- Ты прав, Рыбий Пастырь, я не согласен, - неожиданно для самого себя откликнулся Герфегест. - Я ничего не должен Синему Алустралу. Мой Дом был истреблен по тайному сговору других Домов, я обрел себя лишь в Сармонтазаре. Теперь я вновь лишился всего по вине людей из Алустрала. Если Гамелины вознамерились вновь вывернуть наизнанку Синеву Алустрала - пусть сделают это.

- Пусть сделают это, - эхом отозвался Ганфала, извлекая из своего мешочка "лебедя" и, ловким щелчком большого пальца подбив плоскую резную фигурку, отправил ее в зеленую траву одного из островков посреди озера.

- Ты узнаешь эти земли? - спросил Ганфала, указав пальцем туда, где упала фигура.

Герфегест всмотрелся повнимательнее. Да, надо быть полным ослом, чтобы не понять сразу смысл и назначение озера, окольцованного мощеной тропой. Это Круг Земель, а озеро - Океан, моря и заливы. Теперь Герфегест с легкостью различил восточное побережье Сармонтазары, длинный язык полуострова Цинор, бычий желудок моря Фахо, ромбовидный Тернаун и скалистый обломок Хеофора. Западнее тянулись длинные цепи Хелтанских и Онибрских гор, а за ними раскинулись архипелаги Алустрала.

- Узнаю, - сказал Герфегест. - Узнаю, но едва ли сейчас помню, как называется тот островок, куда упал "лебедь".

Ганфала невесело усмехнулся.

- Священный Остров Дагаат.

Герфегест равнодушно повел плечом.

- Мне ничего не говорит это название.

- Еще десять лет назад оно никому ни о чем не говорило. Дагаат восстал из вод уже после того, как пал Дом Конгетларов.

Столь же ловко, сколь и в предыдущий раз, Ганфала отправил щелчком на островок второго "лебедя". В изумрудной траве раздался тихий стук соударения двух костяных фигурок.

По безмятежной доселе воде озера пробежала мелкая рябь. Что-то ухнуло в глубине - далекое, непостижимое, ужасающее.