Потому как имеем мы тут заговор против короны. Причём, судя по всему с ведома метрополии. Как там сказал дон Румата? "Наша небольшая интрига"? Ага, по эсторским меркам она может и небольшая… не видят же они разницы между королем и галантерейщиком.

Значит, заговор. И я, дон Рипат, в самой его середке. "Обвиняется и повинен в ужасных, непрощаемых преступлениях против бога, короны и спокойствия". Четвертование. В лучшем случае.

Думай, Рипат, думай.

Может, донести?

Тут меня смех дурацкий разобрал – куда бежать, кому доносить?

Бежать? Найдут. Из-под земли найдут.

Попал ты, дон Рипат, ох, попал. Видел я как-то игру ируканскую, говаривают, старший постельничий самого герцога придумал. Там младшая фишка называется – пешка. Много их и в расход первыми идут. Вот и я нынче вроде такой пешки – и не белой и не чёрной – а серой. Кто захочет – всяк собьёт.

А зубы-то постукивают, "Марш серых рот" выбивают. Рипат, не паникуй ты только! Думай!

Что дальше? Чтобы свою династию основать, надо предыдущую истребить. Под корень выбить.

То есть, выходит, следующим будет принц…

Вот тут-то меня и понесло. Пиво бросил, выигрыш бросил и попёр, как тот лунатик – через весь город, по самому гиблому времени.

…У дверей опочивальни принца как всегда в кости режутся . Гвардеец полузнакомый и… дон Румата Эсторский. Чую, сердце в груди аж остановилось и в мочевой пузырь спрятаться пытается. Ан, нет, обошлось всё. Кивнул он мне и к игре вернулся.

Опочивальня принца. Тут ко мне привыкли, внимания не обращают.

Время пока есть, присматриваемся, решаем. А главное, решиться пытаемся . Потому что за ошибку в такой игре полагается кол, к гадалке не ходи.

Так. Принц. Спит. Уже хорошо. Няньки. Народ надёжный, проверенный. Не выдадут. То есть не выдадут сразу. А там уже неважно, свидетелей в таком деле не оставляют.