То есть, попасть под раздачу кар божественных у нас троих все шансы есть, куда без этого, но во-первых, в отличие от Ордена персонально за нами боги охотиться не станут, а если и зашибут, то ненарочно. Во-вторых, они всеведущие и всеблагие, то есть – нарываться не будем – может и не зашибут. А в-третьих, под все эти божественные разборки, и нам, простым смертным может что-то обломиться. Особенно ежели молиться с усердием.

– Люди нам понадобятся, – вслух рассуждаю, – Люди и золото. Даже если молниями весь город с Орденом сожгут – не обойдёмся.

Арата рукой машет, мол, будет золото. А вот где людей верных достать, он, Арата, не знает. Сам, говорит, двадцать лет ищет и найти не может. Потому как прогнил мир.

А его высочество мятежника утешает, мол не весь прогнил, а только в столице. Я, говорит, здесь искать людей и не собираюсь. Призову, мол, вассалов своих дедов. Может они красиво говорить и не умеют, и как себя вести не знают, и как одеваться по последней моде столичной не научены, но что такое верность пока не забыли. А мечи у них тяжёлые.

Да, думаю, мечи у них тяжёлые. И дружины крепкие – сколько раз тех же Бау воевать ходили – и что?

Своенравные они только. Своенравные и обидчивые. Тот же дон Кси нынче в мятежниках, с Пэртой Позвоночником стакнулся – а всё почему? Пустяк сущий, на пиру королевском в торт посадили. Не на иглу же отравленную, в самом деле.

В общем, очень осторожно надлежит слова подбирать, не то только хуже будет. Так я его высочеству и сказал. А он мне письмо показывает, своеручно начертанное. Разбираю я его и чую – в глазах темнеет:

"Непрощаемая дерзость, что медлишь ты до сих пор ко мне явиться".

Да…как сказал принц Хаар прекрасной Яиневниворе: "Мало нам было убить вождя"…

А его высочество тем временем объясняет, что в порту нам оставаться смысла нет. И в город соваться нельзя. Так что будем ждать на холме Принцев. Город оттуда просматривается до самого моря. Не слишком близко, не слишком далеко. Когда уйдут боги, действовать придётся нам. Времени будет в обрез, как бы не опоздать.