— Ах, какая жалость, что здесь нет Тофика! Даже не знаю, подойдут ли ему эти джинсы, он такой модник! Жанна, как ты думаешь, мне купить Малику вон ту толстовочку?

Жанна разъясняла Павлику, кто есть кто в её огромной семье, и он честно пытался запомнить, что Малик Гусейнов — это отец Жанны, Тофик и Рафат — её двоюродные братья, сыновья её дяди с неприятным для русского человека именем Шахид. А Шахид, стало быть, родной брат Малика, и сын Камиллы Аскеровны, так же как и сам Малик.

Но, как ни силился Павлик, азербайджанские имена тут же повылетали из его головы. К тому же по большому счёту его мало интересовали родственники этой восточной красавицы. Главное — что у неё самой привычное для уха русского имя.

— А что ты делал в аэропорту? — вдруг спросила Жанна. — Ну, когда мы встретились? Я тебя в самолёте не видела!

— А я прилетел не из Москвы, — признался Павлик, — а из Парижа. Обожаю Францию! Всегда, когда выдаётся свободная минута, летаю туда. Хочешь, как-нибудь побываем там вместе? — вырвалось у него.

— Посмотрим, — лаконично ответила Жанна.

Она не была любительницей загадывать на будущее. Девушка, несмотря на инфантильную внешность, крепко стояла на ногах, и была реалисткой.

Внезапно какой-то шум привлёк их внимание. В отделе женской одежды, на расстоянии десятка метров от них, гневалась Камилла Аскеровна, топая по викторианской напольной плитке.

— Да как вы можете? — кричала она. — Я подам на вас в суд! Слово не воробей, вылетит — не поймаешь! Извинения не приму!

— Что случилось? — Жанна и Павел поспешили на помощь к пожилой мадам.

Продавец, хорошенькая молодая девушка, быстро защебетала на английском. Павел изумлённо выслушал и повернулся к Жанне:

— Она говорит, что твоя бабушка…ммм… забыла заплатить за покупку!

Жанна покраснела и кинула на бабулю испепеляющий взгляд, под которым женщина съёжилась и, кажется, даже уменьшилась в размерах.