Артур побыстрее отвернулся. Сейчас для него самым страшным было сумасшествие — а не какая-то там смерть. Мелькнула мысль, связывающая сестру и это влияние из Космоса. Но тотчас была выкинута — как полностью абсурдная.

Такого не может быть.

— Все хорошо и в Метрополии, и в Космосе. А я вот не могу не видеть трупы, не читать об убийствах и прочем некрасивом… — Барлоу, пользуясь отсутствием подчиненных, глядел в стену.

За такое психологическое состояние быстренько списывают на Землю.

(А Барлоу думал о том, что иметь хорошие контакты с чужими агентами — это совсем неплохо. Кроме текущей информации по интригам, ты загодя узнаешь, например, что у летящего к тебе капитана Истомина произошла какая-то семейная трагедия и из-за этого его поместили под усиленный присмотр. И раз ты в курсе, то уже избегаешь неуместных придирок к поведению этого несчастного человека…)

Экипажи продолжали отдыхать. Оранжерея базы переполнилась людьми, они стояли чуть не под каждой елкой или кактусом. Блестели лампы и улыбки. Выходные комбинезоны были все тех же цветов — но хозяева разрисовали эту одежду по своему вкусу. На спинах, штанинах, рукавах переплетались чуть светящиеся контуры монстров, обнаженных красавиц… Если рисунок надоедал — его смывали. А ушить жесткий комбинезон так, что он чуть не лопается на тебе, — высший и болезненный при движениях шик.

Десантники с «Дальнего», затянув в свои компании хорошеньких связисток и жизо,

Несмотря на ревность «титанов», всем было достаточно весело и уютно. Никто не обратил внимания, что Нина Рагозина, старпом «Дальнего», вздрогнула — словно о чем-то вспомнив. И быстренько выскользнула через дверь под какими-то огромными, толстыми листьями. Компания, которую бросила Нина, огорчилась очень мало — эта гостья уже показала свою скучноватость и неумение вести светскую болтовню.

Оказавшись в пустом коридоре, женщина закусила ярко-алую, жирную от помады губу. Каким-то болезненным, неуместным жестом поправила смоляные, цыганские волосы (не краска, а наследственность). И очень быстро пошла, почти побежала, на планетолет — к себе в каюту.