* * *

О том, что с Жанной творится что-то странное, я поняла, когда она, вместо того, чтобы тренироваться с другими учениками, предложила покататься в лесу на велосипедах.

В сарае у меня именно на такой случай были припасены целых пять велосипедов, и мы с друзьями, преимущественно по вечерам, устраивали коллективные заезды. Устраивать гонки нам было лень, и мы, как правило, неторопливо крутили педали, обмениваясь последними сплетнями.

До леса от моего дома было не более пяти минут пешком. Он начинался сразу за большим озером овальной формы. Вокруг озера, повторяя его форму, проходила асфальтовая дорожка, отчего оно казалось вставленным в рамку. Лето выдалось жарким, и песчаные пляжи на дальнем берегу озера были сплошь заполнены отдыхающими.

При виде извлекаемых из сарая велосипедов моя собака Мелси пришла в страшное возбуждение и тут же напросилась к нам в компанию. Пока обезумевший от счастья черный терьер носился взад-вперед по лесу, Жанна, обуреваемая в точности противоположными чувствами, чуть не погребла меня под всесокрушающей лавиной любовных переживаний.

Дойдя до описания своего участия в боевых действиях, развернувшихся в ресторане "Мэриотт "Грандъ отеля", Строева покраснела до такой степени, что ее уши стали похожи на лепестки мака.

— Глупо так нервничать из-за проигрыша, — заметила я. — Подумаешь — наткнулась на профессионала. Если ты начнешь доказывать всем подряд, какая ты крутая, то кончишь или в Склифасовского, или в морге. Кстати, настоящий профессионализм у бойца вырабатывается лишь после того, как он избавится от потребности в бессмысленном и опасном самоутверждении.

— Ты не понимаешь, — вздохнула Жанна. — Я была готова проиграть, но только при условии…

— При каком условии? — с невинным видом уточнила я.

Маковый цвет ее изящных ушных раковин стал еще более интенсивным, хотя казалось, это уже невозможно.