Мечущееся пламя костра освещало лицо девушки, придавая ему в то же время некоторую гротескность. Губы густо накрашены черной помадой. Черные контуры вокруг глаз толщиной в полсантиметра, брови продлены до середины висков. В ложбинке между грудей гнусно ухмыляется наколотый череп.

Челюсти байкерши мерно двигались, плюща белую пластину жвачки.

"Только бы не вызвать у нее приступ ревности, — с беспокойством подумала я. — В отличие от Жанны, я с подобным экземпляром одной левой не справлюсь."

— Ирина Волкова, лидер движения "Холистические лесбиянки против глобализации экономики", — уверенно отчеканила я. — Хочу взять у Аспида интервью для нашего журнала "Розовые лисички". Тема статьи — "Харлей-Дэвидсон" — не роскошь, а средство передвижения."

— А, так ты лесбиянка? — тут же ухватила основную суть блондинка.

Она заметно расслабилась.

— Что, разве не видно? — удивилась я. — Кстати, тебе удивительно идет этот макияж. Не представляешь, как заводит меня черный цвет.

— Но-но, полегче на поворотах, я из натуралов, — опасливо отодвинулась от меня байкерша.

— Жаль, — вздохнула я. — Очень жаль.

Я обратила взор на Аспида.

— Так ты дашь мне интервью?

Макс ухмыльнулся.

— Значит, журнал "Розовые лисички"?

Я кивнула.

— У тебя есть реальный шанс стать кумиром российских лесбиянок.

Ухмылка Святоярова стала еще шире.

— Уговорила. Турбина, подожди меня здесь. Я сейчас вернусь.

— Куда это ты? — снова насторожилась блондинка.

— Жди здесь, я сказал, — в голосе Аспида звякнул металл.

Возмущенно надувшись, Турбина сердито задвигала челюстями и, выдула из жвачки огромный пузырь, лопнувший в нескольких сантиметрах от моего лица.

Макс повернулся и, не оборачиваясь, быстро зашагал в темноту леса. Спотыкаясь о неровности почвы, я последовала за ним.