Эл заулыбалась и успокоила меня:

— Не беспокойся. Я не знаю точно его возраст, но он еще не стар.

Она повела меня вниз по винтовой лестнице, а в мою голову начали закрадываться смутные подозрения. У какой организации, пусть даже государственной, а тем более секты, могут быть средства на все это? Здание, в котором я находилась, было гораздо больше, чем все известные мне. Содержание такого количества пленников или кто бы мы ни были, требовало немало всевозможных ресурсов и финансов. У кого могли быть такие деньги? Кому это было нужно? И зачем? Для какой цели? Она действительно должна быть достаточно серьезной для таких вложений.

Такие мысли царили в моей голове, когда я вслед за Эл спускалась куда-то вниз. Рядом с нами и впереди, и позади нас шли люди. Они не обращали на меня никакого внимания. Некоторые из них разговаривали друг с другом на каком-то языке, похожем одновременно и на латынь, и на французский, и на испанский. Мне казалось даже, что я могла различить отдельные слова, поскольку в школе изучала французский, а испанский был моим хобби. Здесь были и женщины и мужчины, молодые и постарше. Все шли сплошным потоком куда-то вниз по лестнице, и я тоже плыла сейчас по этому течению. Неужели никто из них ничего не помнит о себе, и им, так же как и мне внушают разные небылицы? Вот этот в тунике и кирасе думает, наверное, что он легионер или даже центурион. А возможно ему сказали, что он консул или император. Девушка, шагавшая чуть поодаль, закутанная в широкую накидку, свисающую до самого пола и путающуюся у нее в ногах, очевидно, мнит себя знатной римлянкой, а у той, что шагает впереди, на лопатке красуется татуировка в виде буквы «D». Может быть, ей сказали, что она гетера по имени Диана или Деметра. Как бы сбежать отсюда?

— Мы пришли, — прервала мои мысли Эл. — Вот здесь тебе все объяснят.