— Мы обдумаем этот вопрос, — сказала Ибронка. — Если такой способ есть, я должна найти его.

Из палатки вынырнул Грассфог, еще полусоный, потирая глаза; на нем были только короткие штаны. — Все ли было хорошо на рынке, мои друзья? — спросил он.

— Да, за исключением того, что нас узнали.

Грассфог пожал плечами. — Мы можем передвинуться немного дальше на юг. Я знаю несколько хороших мест.

— Отлично.

Лар положил кориандр в тяжелый горшок, и вместе с не очень умелой, но пышущей энтузиазмом Клари принялся готовить; аромат свежей еды вытащил из своих палаток Йасу, Ритт и Брюхо, потягивающихся и зевающих.

— О, — сказала Йаса, — Что ты готовишь?

— На самом деле, — сказал Лар, — я не могу совершенно точно ответить на этот вопрос, потому что я сам не знаю, пока не закончу. Но я знаю, что это включает кориандр и другие приправы, так же как и некоторые продукты, купленные на рынке.

— И, — сказал Пиро, — пока готовится еда, давайте приготовимся снимать лагерь.

— А, — сказал Брюхо, — мы уходим?

— Да, мы считаем, что нас узнали на рынке.

— Это достаточно плохо, — заметила Йаса. — Но не имеет большого значения. Что у нас с деньгами?

— После последней поездки на рынок у нас почти ничего не осталось, — сказала Рёаана, которая была для банды чем-то вроде кассы для обычной фирмы, — То есть можно сказать весьма плохо.

— И тем не менее, — сказал Китраан, — мне кажется, что наши последние предприятия были достаточно удачны.

— Да, верно, — сказал Пиро. — И мы были бы богаты, если…

— Да, — сказала Йаса, — если?

— Если бы мы не ходили постоянно в деревни и не покупали там выпивку для всех, кого видим, всю ночь и все утро.

— Ну, — сказал Китраан, пожимая плечами.

Грассфог вздохнул. — Я думаю, — сказал он, — что мы должны либо сохранять где-то наши финансы, когда добываем их, либо найти себе другое занятие.