Вот только остров этот в былые времена был укрепрайоном, держащим под огневым контролем прилегающие воды и воздух. А четыре его полуразрушенных бастиона, до сих пор хранили свои тайны. За минными и проволочными заграждениями. За автоматическими пулеметными и огнемётными точками. За кислотными и газовыми ловушками. За лабиринтами подземелий с провалами и обвалами.

Поговаривали даже, что вояки, замучавшись очищать Остров от всего этого военного дерьма, с радостью ухватились за идею проекта, имея себе на уме и свой теневой интерес, отгородив под него примерно четверть островной территории, в северной его части.

ДР проявила достаточную осторожность и гибкость, на монопольное владение проектом не пошла, и оставшаяся, большая, территория Острова была поделена в равной пропорции между тремя известными инет-компаниями на основе открытого аукциона. Так возникли земли — Западные Уделы, Среднеземные Уделы и Южные Уделы. Сама же ДР, оставив себе роль представителя владельца Острова, получала дивиденды в виде арендной платы и монопольного владения всей коммуникационной инфраструктурой Острова, от серверов и сотовой связи Сети Дронов, до транспортной сети на Острове и вокруг него. Интернет взвыл и пошел на штурм.

Почти сразу выяснилось, что неподготовленные дроннеры в суровых условиях Острова не проживают и нескольких часов, что восстановление разбитых дронов, из-за своей высокой цены быстро съедает всю прибыль, что это не доставляет удовольствия ни компаниям, ни клиентам. Значит дроннеры и дроны должны учиться. И не на Острове, а где-нибудь, где не стреляют пулемёты и не воют огнемёты. Так возникла идея учебных центров. Так возникли Полигоны.

Алекс покосился на пустеющую банку пива в своей руке, сделал глоток, встал с дивана, вышел на лоджию и, открыв раму остекления, стал смотреть на вечерний свой город с высоты своего десятого этажа. Было ещё не очень поздно — в сереющем небе ещё не было видно звёзд, а городские огни ещё не сияли пронзительными лучами.