Кросс тихо вздохнул.

— Очень хорошо. Тогда позвольте сделать предположение. Будем считать верной мою версию о том, что “Братья Золотой Лилии” держат монополию на контрабанду наркотиков. И вдруг появляется некто, имеющий, очевидно, контакты внутри Красного Китая, и он хочет самостоятельно наладить контрабанду наркотиков в обход “Братьев”. Как они будут реагировать?

— Думаю, “Братья” обидятся.

— И что же они тогда сделают? Может быть, убьют того, кто имеет контакты? Убийство Картера и та записка, которую вы получили, только подтверждают такую возможность, разве не так, мистер Кэйн?

Я молча смотрел на Кросса.

— Возможно, вы правы, — сказал я наконец. — Но кое в чем вы ошибаетесь, инспектор. Я не дотронусь до наркотиков ни за какие деньги, и в тех предложениях, которые мне делали, никогда не шла речь о наркотиках.

— Так значит, вам все-таки делали предложения, мистер Кэйн? — спросил он чересчур поспешно.

— Они хотели поехать в Амой, — ответил я. — Чтобы достать одну из амойских кошек. Вы знаете их, инспектор? Те самые, сделанные из папье-маше, с головой-маятником и хвостом, который от легкого ветерка крутится туда и сюда. У них всегда немного зловещий взгляд, словно у субинспектора полиции.

Кросс встал из-за стола и улыбнулся:

— Надо ли куда-то ехать? В Гонконге очень здоровый климат, мистер Кэйн. Думаю, что если вы останетесь здесь на какое-то время, то сами убедитесь в этом. А если, напротив, поедете, то сможете убедиться в этом еще быстрее.

Я уделил ему еще пять минут. Потом встал из-за стола. Было около одиннадцати, ночь только начиналась, и люди еще не ложились спать. Пятнадцать минут спустя я стоял у стойки регистрации отеля “Ориентал”. Клерк расплылся в улыбке, когда я назвал имя Донаван.

— Да, конечно, — сказал он. — Она занимает апартаменты на крыше.

Я поднялся на лифте и постучал в дверь. Через несколько секунд дверь распахнулась, и передо мной предстала Тесс Донаван. Она была в неглиже, с вопросительной улыбкой на лице; и то и другое выглядело так, будто их мог унести самый легкий порыв ветра. Я пожалел, что сейчас не сезон тайфунов.