Франкенштейн. Сто.
Литтл. Какая сила у этой женщины!
Франкенштейн. Вот она, вся ее сила, перед вами.
Литтл. Я имею в виду другое — силу духа.
Франкенштейн. Знаете ли, мы ее усыпляем. Мы не оперируем без наркоза.
Литтл. Даже так…
Франкенштейн похлопывает по плечу Свифта. Тот снимает с одного уха наушник.
Франкенштейн. Доктор Том Свифт — доктор Элберт Литтл. Том — мой первый помощник.
Свифт. Здрассьте.
Франкенштейн. Доктор Литтл — врач из Вермонта. Он попросил меня кое-что ему показать.
Литтл. Что вы слушаете?
Свифт. Да все, что там происходит в комнате. (Подает наушники.) Будьте моим гостем.
Литтл. Ничего не слышно.
Свифт. Там сейчас парикмахерша, делает ей прическу. Она всегда себя тихо ведет, когда ее причесывают. (Забирает наушники.) Франкенштейн (Свифту). Мы должны поздравить нашего гостя.
Свифт. С чем?
Литтл. Хороший вопрос. С чем же?
Франкенштейн. Вы — тот самый доктор Литтл, которого журнал «Женщина и дом» назвал Семейным Доктором Года, не так ли?
Литтл. Да, хотя, право, я не знаю, почему они так решили. Но самое поразительное, что вы, такой известный человек, тоже знаете об этом…
Франкенштейн. Я читаю «Женщину и дом» от корки до корки.
Литтл. Вы?!
Франкенштейн. У меня только одна пациентка — миссис Лавджой. Миссис Лавджой читает журнал «Женщина и дом», значит, я тоже его читаю. Мы с ней прочитали все, что там было написано о вас. Миссис Лавджой говорила: «Какой он, должно быть. Симпатичный молодой человек. Такой отзывчивый».
Литтл. Гм…
Франкенштейн. Держу пари, она написала вам.
Литтл. Да, было дело.
Франкенштейн. Она пишет в год тысячи писем и получает тысячи писем. Очень любит переписку.
Литтл. Она всегда… э-э… в таком бодром настроении?
Франкенштейн. Когда она невесела, значит, что-то плохо срабатывает. Месяц тому назад она вдруг затосковала. Оказывается, в пульте управления полетел транзистор (Нажимает несколько кнопок). Вот… теперь она на несколько минут впадет в депрессию. (Снова нажимает кнопки.) А теперь она будет еще более жизнерадостной, чем прежде. Будет петь, как пташка.