– Мистер Кавенант, – продолжала она, – я являюсь вашим адвокатом вот уже два года. Что с вами? У вас все в порядке?

Его ужасно беспокоило то, что голос был явно знаком, и в то же время он никак не мог вспомнить, кто она. Он хрипло прошептал:

– Какое вам до меня дело?

– Вы шутите? Стала бы я звонить, если бы мне не было до вас дела? Стала бы я вообще во все это ввязываться, если бы не вы? – В ее голосе теперь отчетливо ощущались возмущение и некоторая неловкость.

– Нет, – отрезал он, не желая ни о чем вспоминать. Чтобы у нее не возникало никаких сомнений, он сказал как можно отчетливее:

– Закону нет до меня никакого дела. Она… – Он имел в виду жену. – Она нарушила его, не я. Я… Меня все это не касается.

– Будет лучше, если вы поверите, что то, о чем я хочу сказать, очень даже вас касается. Советую выслушать меня. С вами явно что-то не так, но…

Он снова прервал ее, чувствуя, что еще немного, и он вспомнит ее голос – почему-то теперь это пугало его.

– Нет, – снова настойчиво повторил он. – Не впутывайте меня. Я – вне всего этого. Это не касается меня. Закон – это… – Он остановился на мгновение, подыскивая нужные слова. – Закон – это то же самое Зло.

И тут, вопреки собственному желанию, он понял, кого ему напоминал ее голос. Этому не смогли помешать даже телефонные помехи. Елену. Его охватило мучительное ощущение потери, боли, вины.

– О чем вы говорите? – продолжала она. – Я – ваш адвокат, Меган Роман. И если вы воображаете, что по каким-то причинам неуязвимы для закона, то лучше выслушайте меня. Вот зачем я звоню вам.

– Да, – безнадежно сказал он.

– Послушайте, мистер Кавенант. – Теперь она уже не сдерживала своего раздражения. – Мне, честно говоря, самой не очень-то по душе быть вашим адвокатом. От одной мысли о ваших проблемах мне делается не по себе. Но я еще ни разу не отказала ни одному клиенту и не собираюсь начинать с вас. Теперь возьмите себя в руки и внимательно выслушайте меня.