Тень прошла по смуглому лицу незнакомца.

— Сино сказал, что царь отказал ему?

— Нет, царь пригласил старшего советника и долго спорил с ним, но вынужден был уступить. О! — она всхлипнула. — Я знала, что это будет бесполезно. Законы Валузии неизменны, пусть даже они жестоки и несправедливы. Они превыше царя.

Тут девушка почувствовала, что мышцы поддерживающей ее руки внезапно напряглись и затвердели, словно толстые железные канаты. На лице незнакомца появилось выражение уныния и безнадежности.

— Да, — пробормотал он словно сам себе. — Законы Валузии превыше царя.

Высказав все свои горести, она немного пришла в себя, и глаза ее высохли. Маленькие рабыни привычны к бедам и страданиям, хотя именно к этой рабыне всю ее жизнь относились необычно хорошо.

— И Сино возненавидел царя? — спросил незнакомец.

Она покачала головой.

— Он понимает, что царь беспомощен.

— А ты?

— Что — я?

— Ты ненавидишь царя?

Ее глаза вспыхнули.

— Я! О, господин, да кто я такая, чтобы ненавидеть царя? Нет, нет, я даже и не думала о таком.

— Я рад, — сказал человек угрюмо. — К тому же, малышка, царь — только раб, как и ты сама. Только опутан он более тяжелыми узами.

— Бедняга, — жалостливо сказала она, хоть и не вполне понимая, что он хотел сказать. Затем в ней вспыхнул гнев. — Но я ненавижу жестокие законы, по которым живут эти люди! Почему эти законы нельзя изменить? Время не стоит на месте. Почему люди сегодня должны повиноваться законам, которые были созданы нашими варварскими предками тысячи лет назад…

Она внезапно замолчала и испуганно осмотрелась по сторонам.

— Не рассказывай никому, — прошептала девушка, просительно прислоняясь головой к плечу ее собеседника. — Не подобает женщине, а тем более рабыне, так бесстыдно говорить о таких важных вещах. Меня побьют, если моя госпожа или господин услышат об этом.