Мужчина усмехнулся.

— Успокойся, дитя. Сам царь не обиделся бы на твои слова. Более того, я думаю, что он согласился бы с тобой.

— А ты видишься с царем? — спросила она. Ее детское любопытство на миг заставило ее забыть о бедах.

— Часто.

— И в нем восемь футов роста? — спросила она заинтересованно. — А правда, что у него под короной рога, как говорят люди?

— Вряд ли, — рассмеялся он. — Что до роста, то чтобы соответствовать твоему описанию, ему не хватает добрых двух футов, в остальном же он мог бы быть моим братом-близнецом. Между нами почти нет разницы.

— И он такой же добрый, как ты?

— По временам. Когда его не раздражают дела государства, в которых он ничего не может понять, или же причуды людей, которые никогда не смогут понять его самого.

— А он и в самом деле варвар?

— Да, самый настоящий. Он родился и провел свое детство среди язычников-варваров, населяющих землю Атлантиды. Он увидел сон и сделал его явью. Поскольку он был великим воином и умел яростно рубиться мечом, поскольку он был отважен в битве и поскольку варвары-наемники валузийского войска любили его, он стал царем. Но поскольку он воин, а не политик, поскольку его умение биться на мечах ныне уже не может ему помочь, его трон качается под ним.

— Значит, он очень несчастен?

— Ну, не всегда, — улыбнулся мужчина. — Иногда, когда он удирает в одиночку и позволяет себе провести несколько свободных часов в лесной глуши, он почти счастлив. Особенно, когда он встречает милую маленькую девушку, вроде…

Девушка, охваченная внезапным ужасом, упала перед ним на колени.

— О, владыка, помилуй меня! Я ведь не знала, что ты царь!

— Не бойся. — Кулл снова опустился рядом с ней на колени и обнял ее, чувствуя, что она дрожит с головы до ног. — Ты сказала, что я добр…

— И ты такой и есть, повелитель, — слабо прошептала она. Я… Я думала, что ты тигр в человеческом образе, по словам людей. Но ты добрый и нежный… И все же… Ты — царь, а я…