- Полицейский, - сказал Монтуриоль, - на улице дождь.

Полицейский вытащил зонт и раскрыл его.

- Спасибо, мистер, - поблагодарил он, затем развернулся и побежал в сторону улицы Равэлли.

Добравшись, наконец, до нужного дома, Монтуриоль поднялся на крыльцо и постучал в дверь железной подковой, висевшей на двери вместо звонка.

На стук дверь открыл юноша в тюбетейке.

- Здравствуй, Салям, - сказал Монтуриоль, - у тебя трава есть?

- Найдем, - ответил медлительный Салям, - заходи.

Нарциссэ вошел в дом и притворил за собой тяжелую дверь, издавшую протяжный скрип.

В комнате на обшарпанном диване сидел Черношварц. Рядом с ним поместились безмозглый Шифер и маленький Епифан, в обнимку с котом по кличке Мораторий.

Маленький Епифан о чем-то горячо просил Черношварца, и тот уже почти согласился поверить ему на слово, но вдруг передумал и сказал:

- Нет.

Мораторий мягко потыкался носом в епифановский подбородок и что-то шепнул ему на ухо. Епифан замолк. Нарциссэ поздоровался со всеми и сел в кресло напротив дивана. Кот спрыгнул на пол, подошел к нему и, свернувшись клубочком в ногах, сладко засопел.

- Любят тебя коты, - заметил Епифан.

Салям раскурил трубку, затянулся три раза, а потом передал ее Черношварцу. Тот бережно взял ее и поднес ко рту. Сделав свои три затяжки, Черношварц отдал трубку Шиферу, а сам откинул голову назад и закрыл глаза. Его широкое лицо выразило первую стадию блаженства.

- Кайф, - сказал Шифер и помотал головой.

Трубка пару раз прошлась по кругу и, дойдя до Монтуриоля, кончалась. Салям набил новую и пустил ее обычным путем.

- Маловато, - высказался Черношварц, высосав последний глоток дыма из трубки и громко кашлянув, - не мешало бы добавить.

Салям сходил на кухню и вернулся с алюминиевой кружкой в руках. В комнате запахло аптекой. Он протянул кружку Черношварцу...